Miss_Micky
Черепа это по-людски © umka_
Маразм крепчал...



«Rammstein» - ясно как день, что песня неспроста. Она размерена и могуча, как тот «таранный камень». Музыка, под которую в самый раз эффектно выходить из темноты. Песня-визитная карточка, ни больше ни меньше, она с сначала тихо «подготавливает почву» и затем накрывает потоком сочных рифов, ошарашивая «взрывной волной», заявляет о себе. Задаёт темп, которого «Wir halten das Tempo» ("Мы держим темп", - цитата из песни «Haifisch» с последнего на данный момент альбома «Liebe ist für alle da» - так будет называться предстоящий в 2013 году тур по крупными мировым фестивалям) Rammstein придерживаются и по сей день.
«Это единственная песня, не только музыку, но и текст к которой мы написали вместе, - трепетно рассказывает Шнайдер. – Это было на малой родине Тилля, в его «нейтив» деревне, в местном клубе. Собрались и надумали представить, как произошла та катастрофа, визуализировать картинки у себя в голове. Каждый из нас записал своё видение в черновичёк, и внезапно получился готовый текст песни».

И… на этом моменте быть флэшбэку о том, как «сложилось» название группы.

Название Rammstein появилось, так сказать, по нужде. Видимо, определённое время группа вполне обходилась относительной безымянностью, прерываемой попытками назваться как-то вроде «Stamping Prayer» («Заклейменный Молящийся» или «Заклейменная Молитва»), но чего-то конкретного всё же не было. Пока в 1994 году группа не подписала контракт с фирмой "Motor Music Gmbh", и вопрос о названии не встал ребром. Тиль: "Мы были вынуждены быстро придумать какое-нибудь название. Кто-то из нас сказал: "Rammstein". Это название все сочли очень хорошим: «Ramm» (таран) и «Stein» (камень) выражают движение, силу и твердость". "Rammstein" в буквальном переводе означает "таранный камень", а в Германии этим словом называются специальные каменные заграждения на тротуарах для автомобилей. Шнайдер: «Мы выбрали себе имя по образцу «Rolling Stones», «RAMMSTEIN» значит примерно то же, что имели в виду Rolling Stones, называя себя так».
И с этого момента берёт начало магический фатум группы – ангел-хранитель с рожками вместо нимба – и начал проявлять себя, направляя Rammstein по своему уникальному пути, сделавшему уникальным и их самих.
«Дело в том, что в августе 1988 года на базе НАТО в маленьком немецком городе Рамштайн (одно "м") во время проведения показательных полетов произошла трагедия. В воздухе столкнулись два истребителя и рухнули на головы зрителей. Пятьдесят человек было сожжено заживо, еще более 30-ти умерло затем в больнице, десятки были искалечены», - из книги Жакa Ю. Тати.
Всё это произошло в Западной Германии, но Раммы – "восточные германцы", - окрылённые открывшимися новыми жизненными и творческими перспективами, преобладали в сладком неведении. Пока при достижении определённой степени известности на группу не обрушились агрессивные выпады. Логичным поступком стала поездка на ту злосчастную базу, после чего и родилась песня. Интересно, что после этой эмоциональной истории сами музыканты иногда утверждали в интервью, что название появилось именно как напоминание об инциденте.
Раммштайн: «Человеку вообще присуще наблюдение за катастрофами. В последнее время в этом можно убедиться не раз! Людей привлекают такие зрелища: посмотрите, что именно больше всего показывает ТВ». И с ними ведь невозможно не согласиться. С какой-то точки зрения песни Rammstein изобличающи - взять, например, песню «Spring». Ситуация ужасна, да. Но если разобраться, это ведь есть – где-то внутри нас, постыдно запрятанное подальше. А Раммы, обнажающие это… в общем, не стоит судить о книге по её обложке – мы не такие паиньки, каковыми хотим казаться, пусть бы даже и самим себе (первым делом - самим себе).
Раммштайн: «Наша песня "Rammstein" как раз про ту катастрофу, когда на авиашоу истребитель упал на толпу зрителей. Когда мы ее поем на концертах, весь зал кричит: "Рамштайн! Рамштайн!" Получается эффектно».

И вот, осознав всю значимость песни, можно перейти к осознанию видеоряда. Который внезапно оказывается, пожалуй, слишком незамысловатым для такого песенного «монумента»: просто нарезка кадров с концерта вперемешку с кадрами из фильма.

Из фильма Девида Линча «Шоссе вникуда», и это уже другая не менее знаменательная история.

Рихард: «Нас спросили, кого бы мы хотели видеть режиссёром своего нового клипа. Мы и ответили: Дэвида Линча. На что они уставились на нас: «Вы понимаете где вы, а где Линч?» Мы ответили: «А почему нет? Попытка не пытка». Тилль: «Ну, мы бы хотели в клип Клаудию Шифер. И Джонни Дэппа. Это не мания величия, просто мы всегда говорили: «Кто не рискует, тот не пьёт шампанского». И говорим это до сих пор. За спрос денег не берут». Рихард: «Наша наивность говорила тогда: «Ну, просто спросить же можно, а вдруг согласится?». И такой подход все эти годы помогал нам идти вперёд. В итоге компания послала наш альбом Линчу; он тогда как раз снимал «Дорогу в никуда». Почтальон принёс посылку рано утром, Линч как раз уезжал на работу. Дэвид получил её и был так вдохновлен музыкой… как рассказывал мне потом Билл Пуллман, который играл в «Шоссе» главного героя, Линч заставил весь каст фильма репетировать, играть под нашу музыку. Он реально был вдохновлен её зловещим настроением».
Я тоже в своё время, как и Дэвид Линч (ах, какие аналогии), не знала, о чём поют Раммштайн, и, честно, не особо и торопилась узнать – было достаточно того мощного музыкального (энергетического, настроенческого и так далее) заряда, что несли эти песни. И вот если, профанатев от Битлов, ты с жаждой бросаешься учить английский, то ради Раммштайн ты весьма не прочь выучить и немецкий – так он звучит в их песнях, так он по-настоящему деликатессен в исполнении Rammstein.
Пауль: «Дэвид попросил разрешения взять несколько наших песен в фильм, и мы сказали: «О, конечно». Это удивило нас и было огромной честью». Рихард: «По выходу фильма всю группу пригласили к сенатору на закрытый просмотр, там мы посмотрели «Шоссе» в первый раз. Я очень старался понять всё, что говорилось в фильме, но во всей полноте понять всё же не смог. Это картинки и истории, которые, возможно, не можешь да или не должен понимать сразу... А в один прекрасный момент в фильме заиграла наша музыка. Все сказали: «Вау, это круто».
Шнайдер: «В тоге мы решили нарезать для клипа кадры из фильма, совместив их с кадрами с нашего первого настоящего концерта в Берлине». Музыканты пришли в студию к очередному режиссёру, который, предполагалось, будет заниматься сведением клипа. В этот момент режиссёр креативил несколько видео в стиле «техно», Раммы напряглись: «Ну, опять шаттл присосался не тем местом». Но позже, когда сквозь горы материала пробились первые результаты клипа, Флаке сказал: «А мне нравится». И все поддержали: «Да, супер».

По-моему, в тот момент группа Rammstein встала на свои рельсы среди тысячи дорог в пустыне шоубизнеса.

Режиссёр весьма мастерски соединил воедино фильм с концертом – как кофе с молоком, - делая обоснованные переходы, подстраивая концертные кадры под эффекты видео в фильме – получилось нечто вполне единое, гармонично вытекающее с логикой и последовательностью. Интересно, что одежда Тилля в течение клипа постепенно «сходит на нет»: сначала знаменитый (тогда появившийся в клипе в первый раз) рамм-ноу хау пиротехнический плащ, затем жилетка, затем – ноль. И привет дизайнерским спортивным очкам из «Du riechst so gut».

Клип, на самом деле, не слишком экстравагантен с точки зрения новизны идеи и оригинальности сюжета. Но он очень символичен и значим для группы. Это практически низкий старт карьеры Rammstein - всё предыдущее было «из-за такта». Раммы нашли своё место под солнцем и поняли, что их музыка имеет своё предназначение, мало того - она сильна, она вдохновляет, она может сделать немалое. Если в Германии её сторонились с опаской, ассоциируя с… «ошибками прошлого», то за рубежом, в Америке она стала практически открытием, и это, несомненно, повышало самооценку.

Вот они, Rammstein – во всей своей мощи.

Рамм-штайн. Солнце светит.


1. Магический Рихард. Магический Шнайдер.
2. Тилль о ноу хау-плаще: «Огоньки начинаются на рукавах и ползут к шее. Разгораются всё сильнее и сильнее. Сейчас мы добавляем больше огненного геля, поэтому пламя получается выше. Это практически идеальный пиротехнический приём, позволяющий плащу гореть целых четыре минуты. Но мы постоянно экспериментируем, чтобы продлить время горения. А плащ всё тот же. Наверное, когда-нибудь мы его доведём - и он даже заговорит» (улыбается).
3. "Шнайдер настолько суровый, что высекает искру, щелкнув пальцами." Раз. Два.

@темы: видео, МУЗЫКА, Rammtv, Rammstein, любимое